Израиль

Раджар: Когнитивный диссонанс как образ жизни

Про деревню Раджар на Голанах (она же Г’аджар, она же Аджар – скажите спасибо уникальной арабской букве “гайн”, у которой нет аналога ни в русском, ни в английском, ни в иврите) мы услышали давно, но попасть в неё было не так просто. Въезд охраняется армией и просто “с улицы” туда не пускают – но иногда одобряют организованные экскурсии. Именно так мы туда и попали – с гидом Пашей Бернштейном (Паша, спасибо!). Списки участников нужно подавать заранее, а финальное одобрение армия даёт за 24 часа до поездки. Так что это мероприятие для неленивых – от центра страны ехать 2.5-3 часа! – и лёгких на подъем.

Блокпост на въезде

Въезд в Раджар символично находится на шоссе 999 – это и вправду конец израильской географии. 10-минутное ожидание на чекпойнте, пока у нашего гида проверяют бумаги – и мы внутри!

Деревня эта – очень странное и сюрное место. Населяют её сирийцы-алавиты. Примерно с 1930х годов деревня принадлежала Сирии. В целом, конечно, надо помнить, что все границы в этом регионе – дело очень условное и позднее, в основном результат “торговли” между англичанами, французами и русскими после изгнания турок и снятия власти Оттоманской империи над регионом. Зато вот национальные и религиозные различия вполне реальны.

После Шестидневной Войны 1967, когда Израиль отбил нападение Сирии и забрал Голанские высоты, Раджар вдруг оказался сирийским анклавом в 30 км от границы с Сирией, зато прямо на границе с Ливаном. Израиль было рыпнулся отдать деревню Ливану, но Ливану принимать алавитов было тоже не с руки. Следующие несколько десятилетий никто не особо понимал, что делать с бедными раджарцами. Иногда флаг на въезде в поселок менялся ежедневно. После 10 часов вечера объявлялся полный комендантский час с запретом выходить из дома. Израиль дал им гражданство и потихоньку начал тянуть в поселок инфраструктуру – электричество, воду – но жить они продолжали за несколькими рядами колючей проволоки и блокпостами. Тем временем потихоньку растущее население начало застраивать северную часть поселка, “залезая” на ливанскую территорию.

Вади на границе с Ливаном

После вывода израильских войск из Ливана в 2000 году, ООН взяла дело в свои руки и провели границу – “синюю линюю” – между Израилем и Ливаном. Прямо по центру поселка. До сих пор на Google Maps граница проходит именно там, что позволяет израильтянам-туристам делать чек-ины в Ливане, куда с израильским паспортом, естественно, не пускают.

Чекин в Ливане

От такого решения, понятно, “в восторге” были все – жители, которым теперь приходилось “пересекать границу” каждый день по несколько раз, израильская армия, получившая под боком Хизбаллу. Вот разве что Хизбалла была в восторге без кавычек, используя ливанскую часть деревни как базу для оружия и боевиков. В 2005 году ливанские боевики напали на пост Армии Обороны Израиля и попытались похитить солдат. В этот момент терпение Израиля кончилось, и они наплевали на “синюю линию”, объявив всю деревню израильской территорией. ООН попыталась рыпнуться, но тут уже задолбанные границей и Хизбаллой жители деревни популярно объяснили, что солдат ООН, появившийся на их территории, будет на следующий день найден в ущелье внизу вместе со своей сгоревшей машиной – знаете, тут случаются несчастные случаи. Действительно, ООНовцев внутри поселка нет, только в ущелье – вади реки Хазбани стоят белые наблюдательные будки ООН. Паша говорит: “Увидите на той стороне ущелья черные Мерседесы 1970-80 годов – это хизбаллоны, только они на таких ездят”.

Джамаль начинает экскурсию на месте “синей линии”

В Раджаре экскурсию ведет местный гид, он же отвечает головой и своим будущим заработком перед армией, чтобы группа не разбежалась. Это немного напоминает туры в Северную Корею, когда туристам показывают красивую “обложку”, а шаг вправо-шаг влево считается побегом. Бродить по деревне свободно нам не дают, а на пути тех, кто втихую пытается, тут же вырастают местные жители с укоризненными лицами.

Наш гид Джамаль, он же местный школьный учитель физкультуры. Говорит он на иврите с тяжелым арабским акцентом. Он утверждает, что в школе дети учат арабский, иврит и английский, но в ближайшей фалафельной, где мы останавливаемся на перекус, девочки за прилавком вообще не понимают ни один язык, кроме арабского, даже базово.

Улица в Раджаре, справа – школа

Живет в Раджаре около 2800 человек, почти все – алавиты. Браки стараются заключать внутри общины, хотя в последнее десятилетие участились случаи привоза невест “снаружи” – друзок, арабок-мусульманок и христианок, даже одна невеста-еврейка.

Нужно, наверно, объяснить, кто такие алавиты – но это не так просто, потому что свои обычаи и религию они чужакам не раскрывают. Изначально это ответвление шиитского ислама, почитатели четвертого халифа Али, родственника пророка Мухаммеда. Самый известный алавит – президент Сирии Асад, около 17% нынешнего населения Сирии – алавиты, также есть алавитские общины в Турции. Вера и обычаи алавитов отличаются от мусульманских – здесь допустимо умеренное употребление алкоголя, девушки не покрывают волосы и не закутываются в длинные одежды. В деревне нет минаретов – Джамаль объяснил нам, что у них есть “святой дом” с куполом и гробницей кого-то важного, но дальше не стал распространяться, и внутрь нас естественно тоже никто не пустил. Известно, что в религии алавитов важное значение имеет солнце и луна. А еще концепция единого бога – даже наш гид, в основном обходящий вопросы религии стороной, успел толкнуть нам речь, что мусульмане, христиане и иудеи по сути верят в одну и ту же сущность.

Георгий ли я Победоносец или кто?

Кстати, о единой сущности. На въезде в поселок нас встречает гигантская статуя… Георгия Победоносца. Внезапно. Джамаль потом нам объясняет, что это не только святой Георгий, но также пророк Элиаху и Хидр (исламский праведник и пророк). В городском парке статуя девы Марии соседствует с выстриженным в кусте именем Аллаха. А Паша успел нам рассказать, что в Раджаре празднуют Рождество и Пасху, но также и Рамадан, правда по сокращенной программе – 2 недели вместо месяца.

Дева Мария и имя Аллаха

У вас уже взрывается мозг? А они так живут.

С самоидентификацией наружу у них тоже все сложно. Для Израиля – они лояльные граждане, но вывешивать сине-белые флаги на день Независимости они вряд ли будут, чтобы в Сирии это не увидели по телевизору или в интернете. Потому что ну мало ли что в этом регионе еще произойдет, вдруг завтра обратно к Сирии присоединяться, а они в открытую “сионистского агрессора” поддерживали, неудобненько будет. Когда мы спрашиваем Джамаля, как он сам себя определяет – он говорит, что он “мусульманин, потом алавит, потом израильтянин, но вообще все мы люди-человеки”.

Джамаль толкает нам красивую телегу на тему важности образования. Гордо перечисляет достижения жителей – здесь 30 врачей, 20 стоматологов, 5 докторов наук и даже один профессор. И все жители, даже те, кто закончил Технион и работает где-нибудь в центре страны в хайтеке и снимает там квартиру, типа все равно держат семью в Раджаре и приезжают туда на выходные. А Паша добавляет, что жители поселка – это единственные израильские граждане, которые могут учиться в университетах Дамаска. До начала войны в Сирии это было очень популярно – там образование дешевле и на арабском. На въезде в Сирию будущий студент клал на стол свой израильский паспорт, получал временный сирийский, и назывался “сирийский студент с оккупированных Голанских высот”.

Джамаль называет свой поселок мини-Дубаем с нулевой преступностью – полиции здесь нет, местный муниципалитет и старшие жители сами разбираются с нарушителями. Это, конечно, вывеска для туристов – если почитать новости, то быстро узнаешь, что Раджар у израильской полиции на радаре в связи с контрабандой наркотиков и оружия из Ливана, не просто так сюда могут по полгода не пускать никого постороннего. Ну и побочные явления закрытости – в поселок не приедет доставка продуктов или товаров, не въедет скорая.

Городской парк Раджара

Вообще самым большим сюрпризом для меня стало то, что поселок невероятно, удивительно чистый и цветной. Прямо райский сад – шикарный городской парк, променад с мозаичной беседкой (прямо на месте бывшей “синей линии”), даже бомбоубежище украшено фресками и золотой краской. Джамаль с гордостью показывает нам спортивный центр с бассейном и спортплощадками, построенный на пожертвования жителей.

Спорткомплекс Раджара

Мы предположили было, что это только фасад, но по крайней мере на тех улочках и в подворотнях, куда нам удалось заглянуть, было все так же идеально вылизанно. Натурально Степфорд.

Мемориал крушения вертолетов

После выезда из Раджара мы поехали в памятное место в 10 минутах езды – мемориал крушения военных вертолетов. В 1997 году два вертолета, вывозящих закончивших “смену” солдат из Ливана, из-за плохой погоды зацепились друг за друга и рухнули, погибло 73 солдата из разных родов войск. Очень грустное, очень светлое место, к сожалению, у израильтян было много поводов научиться делать по-настоящему проникающие в души мемориалы.

Мемориал погибших солдат

 

Тихий круглый пруд с именными планками, и 73 камня вокруг, а рядом – на месте падения одного из вертолетов – каменные плашки тоже с именами и маленькие сувениры, которые оставляют тут посетители: стихи в рамке, значок или бейсболка с логотипом рода войск, поминальные лампады.

2 Comments

  1. Потрясающе интересно, Лена!
    а где жители деревни тогда берут все продукты и так далее? если доставки нет. И как лечат острые состояния?

    • Elena Nemets ©

      У них есть супермаркет внутри плюс шоппятся в окружающих городах (в Кирьят Шмоне, например). Жители могут выезжать и въезжать свободно по своим пропускам. Но вот курьера не закажешь, разве что до ворот.
      В деревне есть больничная касса (мы видели Клалит, может, и другие есть) – скорее всего там же пункт оказания первой помощи, а дальше уже надо вывезти за ворота, видимо на своих машинах.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*